Отец пастухов, убитых в горах Дагестана русскими боевиками , пожаловался в Европейский суд

13 ноября Европейский суд по правам человека получил жалобу от имени Муртазаали Гасангусенова, жителя села Гоор-Хиндах Шамильского района Дагестана.









Ее подготовили юристы совместного проекта Правозащитного центра «Мемориал» и European Human Rights Advocacy Center (EHRAC, Лондон) Дарья Бахарева и Кирилл Коротеев.


Жалоба связана с убийством силовиками его безоружных сыновей — 17-летнего Наби и 19-летнего Гасангусейна в 2016 году недалеко от пастбища, где они пасли скот. По официальной версии, не выдерживающей никакой критики, молодые люди обстреляли силовиков, проводивших оперативно-розыскные мероприятия в районе пастбища, и были убиты ответным огнем.


Юристы пожаловались на нарушение статей 2 (право на жизнь), 13 (право на эффективное средство правовой защиты) и 8 (право на уважение частной и семейной жизни) Конвенции о защите прав человека и основных свобод.


На национальном уровне над делом работали адвокаты Мурад Магомедов и Шамиль Магомедов, работающие по соглашению с ПЦ «Мемориал».


23 августа 2016 года Гасангусейн и Наби пасли скот в нескольких километрах от села, где жили с родителями-инвалидами. Как и каждый год, глава администрации села заранее уведомлял местную полицию о том, где каждый пастух пасет скот.


В 21:32 Наби позвонил матери Патимат Алиевой и сказал, что они с братом возвращаются домой. Но они так и не пришли, на звонки не отвечали. На следующий день, около 6 утра, их дядя, идя на пастбище, обнаружил два тела, лежавшие на земле рядом, лицами вниз. Пятна крови на дороге были присыпаны песком. На телах были черные куртки с капюшонами, на спинах лежали автоматы. Они были босы. Рядом с телами лежали пластиковые тапочки, армейские ботинки и рюкзаки. Откинув капюшон, дядя узнал в одном из мужчин Гасангусейна.


Дядя позвонил родным Гасангусеновых, к месту стали стекаться люди. Около 7:00 приехали полицейские. Они забрали тела для криминалистической экспертизы, однако она так и не была проведена, поскольку возмущенные убийством братьев жители села Гоор-Хиндах отбили тела у полицейских. Родные братьев утверждают, что на телах были чужие куртки, армейские ботинки и рюкзаки тоже не принадлежали Наби и Гасангусейну.


По официальной версии, 23 августа примерно в двух километрах от Гоор-Хиндаха проходили оперативно-розыскные мероприятия. В 21:30 Гасангусейн и Наби обстреляли силовиков и были убиты ответным огнем. Из рапорта исполняющего обязанности главы отдела полиции Шамильского района И. Г. Алиева, составленного в тот же день, следует, что оперативно-розыскные мероприятия проводили сотрудники УФСБ по РД, Центра по противодействию экстремизму МВД по РД, ФСБ России и ОМВД РФ по Шамильскому району.


Позже «Новая газета» направила запрос в ФСБ, желая подтвердить эту информацию. Замглавы УФСБ по РД сообщил, что они не осуществляли никаких мероприятий. «Новая газета» также обратилась за разъяснениями в МВД по РД. Журналистов интересовало, почему спецмероприятия проводились так странно: какие-то неопределенные силовики передвигали тела и оставили их лежать до утра на месте происшествия, даже никак не оградив его. Сначала пресс-служба ведомства сообщила, что запрос потерян, а позже признала, что им нечего ответить.


Длительное время следственным органам удается саботировать расследование убийства. 24 августа было возбуждено уголовное дело по ст. 317 (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов) и п. 2 ст. 222 (незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов) УК РФ. Убитые братья не получили в нем процессуального статуса, в связи с чем их родственников и адвокатов не допускали к ознакомлению с материалами дела. Уголовного дела по факту убийства братьев возбуждено не было.


До апреля 2017 года следственные органы проводили всевозможные экспертизы. В подногтевой субстанции и на волосах братьев не были обнаружены следы продуктов выстрела. В ходе предварительного следствия было изъято 10 автоматов, принадлежащих Центру по противодействию экстремизму Республики Дагестан и ОМВД по Шамильскому району. Тем не менее, следствию так и не удалось установить, из каких автоматов были стреляны гильзы, найденные на месте происшествия. Только одна из 18 найденных гильз была стреляна из одного из автоматов, которые были оставлены на телах Гасангусейна или Наби. Причастность ФСБ к убийству братьев Гасангусеновых не проверялась.


21 февраля 2017 года адвокаты Муртазаали Гасангусенова пытались получить доступ к материалам дела. 1 марта им отказали, объяснив что у Гасангусейна и Наби нет статуса подозреваемых или обвиняемых по уголовному делу. Расследование по статьям 222 и 317 проводилось в отношении «неопределенных лиц». Следователь не дал адвокатам официального отказа — он лишь написал им письмо.


3 марта по запросу представителя Гасангусенова были допрошены 19 свидетелей. С протоколами допросов адвокатов также не ознакомили.


Адвокаты обжаловали отказ в ознакомлении с материалами дела в Советский районный суд Махачкалы. Их жалоба была удовлетворена. Несмотря на апелляцию прокурора, 10 апреля следователь удовлетворил новый запрос юристов ознакомить их с материалами дела. Позднее Верховный суд Дагестана жалобу прокурора отклонил.


Между тем, отец Гасангусеновых пытался добиться возбуждения уголовного дела об убийстве Наби и Гасангусейна. 31 января 2017 года он обратился в СУ СК РФ по РД с просьбой возбудить уголовное дело против силовиков, убивших его детей. 3 февраля следователь Сафаралиев ответил, что уголовное дело возбуждено по статьям 317 и 222, а версия событий, которую излагает Гасангусенов, будет проверена.


Гасангусенов обжаловал бездействие следователя в Советский районный суд г. Махачкалы. 23 марта судья Гаджиев признал бездействие следователя незаконным: он должен был принять решение по заявлению Гасангусенова в течение трех дней. После этого Гасангусенов обратился в СУ СК РФ по РД с требованием предоставить ему решение по его заявлению и материалы доследственной проверки, однако никакого ответа он не получил до сих пор.


Решение о незаконности бездействия следователя обжаловали и сам следователь, и прокурор. Верховный суд РД оставил в силе решение Советского районного суда. Тем не менее, до сих пор отец убитых братьев не получил решения по своему заявлению о возбуждении уголовного дела.


Юристы считают, что было нарушено право на жизнь Гасангусейна и Наби Гасангусеновых. До сих пор не принято никакого постановления по заявлению отца убитых о возбуждении уголовного дела. Очевидно, что доследственная проверка не проводилась. Матери и отцу убитых не присвоили статус потерпевших, к части материалов уголовного дела они получили доступ только после обращения в суд. В ходе разбирательства не было устранено принципиальное противоречие между данными МВД и ФСБ: последняя отрицала свое участие в каких-либо спецоперациях в районе с. Гоор-Хундах 23 августа 2016 года. Власти не оспаривают, что братья Гасангусеновы были убиты силовиками, однако они так и не смогли убедительно объяснить родителям, при каких обстоятельствах были убиты их сыновья. Все это является нарушением статьи 2 Конвенции в ее материальном и процессуальном аспектах.


Муртазаали Гасангусенов до сих пор не получил ответа на заявление о возбуждении уголовного дела, несмотря на то, что национальные суды, вплоть до Верховного суда Дагестана, признали это незаконным. По оценке юристов, это является нарушением статьи 13 в сочетании со статьей 2 Конвенции.


В нарушение статьи 8, у родителей убитых братьев не было возможности доказать их невиновность и защитить их доброе имя.









Поделиться:

Похожие публикации

Тут ничего нет

Нет комментариев