Русско язычные журналисты DW .забеспокоились о чеченском обществе в Германии

Наткнулся на статью на интернет странице русскоязычного сайта DW. Задаюсь вопросом чего этим русским не хватает теперь? Не могут смерится с тем что наша молодежь учится и работает в Европе а не спиваются как русисты? Какое дело журналисту какого то издания как и куда ходят чеченцы и во что одеваются ? 
Не знаю насколько статья имеет под собой достоверность и было ли это интервью действительно взято у чеченских женщин  проживающих в Германии , но в этой статье так и проявляется желание у автора сказать что чеченцы варвары спустившиеся с гор и живут по диким законам .
Автор очень видимо хочет чтоб чеченские женщины говорили им что моя жизнь как хочу так и устраиваю , не отец не брат и тем более чеченское общество мне в моей жизни не указ .
Видимо автор настолько сильно пропитан чечено-фобией что не может понять даже когда русские загнав в вагоны скотские  изгоняли чеченский народ то обычаи и религия спасла наш народ от гибели. Но автор не забывает подметить одеяние  собеседницы якобы давшей ему интервью , что по одежде девушку не определить откуда она и какой религии она придерживается .
Может написавшему эту статью следовало бы за своими женщинами проследить? Ваших то сразу люди узнают на улице и по одежде и по поведению .


Слишком тесен мир чеченских беженцев в столице Германии — городе, который в этом году впервые в своей истории официально празднует Международный женский день. Чеченки в Берлине отказываются фотографироваться, очень просят не называть их фамилии, а иногда и имена. А также не разглашать любые детали, по которым можно определить их личность или адрес. Они то ли боятся, то ли стесняются. Слишком высок, похоже, риск быть узнанной и найденной. Что значат западные представления о равноправии для кавказских женщин, волею судеб оказавшихся посреди самой либеральной столицы Европы?
 
«Лучшее из обеих культур»
 
Каково быть чеченской женщиной в Германии? «Это лучшее, что может с тобой произойти!» — отвечает Элина (имя изменено. — Ред.) и громко смеется. Ей 24 года, она учится на врача, в Германии она живет уже 15 лет. Она прекрасно говорит по-русски, но на вопросы предпочитает отвечать по-немецки. «Я беру лучшее из обеих культур — чеченской и немецкой, и использую это в зависимости от ситуации».
 
В качестве примера она приводит немецкий способ достижения целей — более спокойный и дипломатичный, чем методы, принятые на Кавказе. «У чеченцев все решают или правила, или личные симпатии, или деньги. В Германии так не работает», — говорит она.
 
Главный вопрос в чеченской семье — за кого выйдет замуж дочь
 
Себя Элина называет «очень эмансипированной» — по чеченским понятиям. Ее внешний вид нисколько не выдает ни ее происхождение, ни вероисповедание. И это при том, что она выросла в очень консервативной семье, и родители всячески стремились и стремятся контролировать то, как она проводит свое свободное время.
 
«Самый конфликтный вопрос в чеченских семьях — за кого выйдет замуж дочь», — рассказывает Элина. Ее родители настаивают на том, чтобы ее спутником жизни стал обязательно чеченец. «А мне самой пару лет назад казалось, что с моим характером я не смогу ладить ни с одним чеченцем — я слишком немецкая, таких чеченцев нет». Но недавно она услышала о чеченцах, которые «интегрировались» настолько, что не платят за своих девушек, если идут с ними в ресторан или ночной клуб. Нормальная для Германии практика, и немыслимое на Кавказе дело.
 
Определенные вещи для чеченки — табу
 
Впрочем, сама Элина в ночном клубе ни разу в жизни не была. Единственная попытка незаметно от родителей сходить в клуб на день рождения лучшей подруги с треском провалилась. Ее отец начал, не переставая, звонить, и девушки развернулись на полпути в клуб. «С тех пор моя лучшая подруга перестала быть моей лучшей подругой», — рассказывает Элина.
 
Не хватает ли ей обычных развлечений немецких подростков? Нет, говорит она. «Просто ты с детства растешь с пониманием того, что определенные вещи для тебя — табу. Например, ночные клубы». Строгий контроль со стороны родителей за поведением детей Элина объясняет принятыми в чеченской (и шире — мусульманской) культуре представлениями о том, что за поведение и судьбу девушки до замужества полную ответственность несет прежде всего ее отец.
 
«Чеченская община — очень маленькая и тесная, все друг друга знают, и потому слухи разлетаются мгновенно», — говорит Элина. Ей прощают ее эмансипированность, поскольку она считается образцово-показательной чеченкой — образованной, верной традициям, интегрированной в немецкое общество.
 
Споры о праве на самоопределение
 
Вопрос о праве чеченских женщин на самоопределение буквально взорвал мирный ход конференции по вопросам интеграции чеченских беженцев, которая проходила в Берлине под эгидой «Мемориала» осенью прошлого года. Известная московская правозащитница спросила, почему чеченцы, бежавшие с Кавказа в Европу в поисках свободы, отказывают в праве на эту самую свободу в выборе будущего мужа своим женщинам.
 
Среди участников конференции была и Асет (свою фамилию она просит не называть), уроженка села Старые Атаги и мать восьмерых детей. Она перенесла два инфаркта и шесть операций. Она живет в Берлине восемь лет и участвует в работе чеченского совета старейшин. На семью из семерых человек у них в общей сложности  имеется полторы тысячи евро социальных пособий в месяц. Не густо даже по берлинским меркам.
 
«Мне этот вопрос не понравился», — говорит Асет. «Это больной вопрос, — соглашается ее подруга Лена, бежавшая с семьей из Грозного шесть лет назад. — Мусульмане не женятся на представителях других религий. Это не мы придумали, это религия».
 
Семья для чеченцев важнее, чем государство
 
В культуре, веками формировавшейся в отсутствие государственных структур и системы социального обеспечения, семья, религия и традиции играют куда более важную роль, чем в Западной Европе. «Проблемы решает семья, а не госструктуры», — говорит Асет.
Но как сочетается традиционный чеченский уклад с соблазнами большого города? «Ничего страшного», — говорит Лена. Но рассказывает о случаях бегства чеченских подростков из семей при поддержке ведомств по делам молодежи. Школьники не возвращаются с занятий и прячутся в приемных немецких семьях, обрывая все контакты с родителями.

«Роль женщины? Жена, мать, сестра»
 
Какой она видит роль женщины? «Роль женщины — быть сестрой, женой, матерью. Воспитывать детей и сохранить домашний уют», — говорит Асет. В Германии, продолжает Асет, «мои дети сыты, одеты и обуты. Они учатся и занимаются спортом. Что еще матери надо?» Асет говорит, что ее дочери будут сами выбирать своих будущих мужей — и тут же добавляет: «При моем участии!»
 
Она переживает за брата, оставшегося в Чечне — он слишком мало зарабатывает, имея шестерых детей. И может позволить себе купить мясо лишь раз в месяц.
 
«Иногда очень домой хочется»
 
Лена говорит, что жена должна слушаться мужа, ведь, в конце концов, «женщина создана из ребра мужчины». И что неписаные законы соблюдались до тех пор, пока чеченцев не разметало по Европе: «Женщины увидели свободу и начали делать, что хотят».
 
Она вспоминает первый в ее жизни визит к русскоговорящему психологу в Берлине. Визит был коротким и закончился скандалом, поскольку первым делом ее попросили… пожаловаться на мужа. «У меня идеальный муж», — вспоминает свой ответ Лена. «Странно, все чеченские мужчины злые и агрессивные», — удивился психолог.
 
Комфортно ли им в Германии? «Не всегда, — говорит Лена. — Иногда очень домой хочется, к тому же про чеченцев говорят и пишут только плохое».
Поделиться:

1 комментарий

ihlas
«Странно, все чеченские мужчины злые и агрессивные», — удивился психолог.  — Вернее будет психопат.И этим всё сказано об этой статейке.