Халид Аш-Шишани: Причины поражения муджахидов в Чечне (Часть 3)

НОВЫЕ РЕАЛИИ 


После фактического падения ЧРИ и поражения в полномасштабной войне, началась новая фаза, позиционировавшаяся как партизанская. Муджахиды скрывались в лесах и горах, проводя партизанские операции против врага. После этой череды бед и поражений многие лидеры заявили об объединении вокруг Масхадова, но это, к сожалению, было лишь формальностью. Даже на фоне такой тяжелой обстановки они не стали на деле подчиняться ему, и некоторые основные командиры продолжили свою отдельную деятельность, подрывавшую чеченское сопротивление изнутри, вместо того, чтобы работать в правильном направлении, разобрав и признав свои ошибки. Этого (признания ошибок) не сделано до сих пор. И, соответственно, в той войне череда ошибок продолжилась.


ПАГУБНЫЕ МЕТОДЫ И ДАЛЬНЕЙШЕЕ УХУДШЕНИЕ ОТНОШЕНИЙ С НАРОДОМ


Несмотря на то, что муджахиды были вынуждены отказаться от стратегии прямого противостояния и выбрали партизанскую войну, что было единственно возможным методом противостояния в данной ситуации, эта война не была в полной мере партизанской. Да, в военном плане она выглядела партизанской, но в ней отсутствовал главный столп партизанской войны — поддержка со стороны населения. Без работы с населением война не может быть партизанской в полной мере. Без поддержки народа невозможна победа в партизанской войне.


Муджахиды отдалились от народа. Население Чечни настрадалось в первую войну, вдобавок настрадалось от анархии и бандитизма, царивших в Чечне 3 года межвоенного времени. Народ не увидел от муджахидов, победивших в первой войне, помощи и поддержки, не дождался от муджахидов процесса налаживания нормальной жизни. И уставшее от всего этого население вдобавок ко всему было ввергнуто в новую катастрофу — вторую войну, во время которой оно подвергалось массовым бомбардировкам и жестоким бесчеловечным зачисткам со стороны российской оккупационной армии и спецслужб, подверглось очередному геноциду, начавшемуся на этот раз уже по вине чеченских лидеров. Вчерашние герои, в глазах многих людей стали тогда антигероями.


То унизительное положение, в котором сегодня живет народ Чечни, это не что иное, как следствие тех действий тех лидеров времен Ичкерии после 1996 года. И никакое предательство Кадырова и Ямадаевых не могло быть причиной поражения, если бы муджахиды не разрушили бы всё сами своими отклонениями, ошибками, страстями и преступлениями. 


А тем временем Россия вела свою хорошо известную нам политику — народ был успешно запуган и ему обещались мир, порядок и социально-экономическая база взамен на отказ от помощи сопротивлению. Одновременно проводилась «чеченизация» конфликта. Был создан марионеточный режим, который начал устанавливать порядок в Чечне, — не шариатский, но порядок, который избавлял народ от анархии, войн между бандгруппами, похищений с последующим выкупом, и так далее. Противников новой власти этот порядок конечно же не касался — они рассматривались как безоговорочные враги, подлежащие искоренению без какого-либо диалога и объяснений, и повсеместно убивались, похищались и запытывались, и такой режим террора сохраняется по сей день.


Оккупационным режимом строились дороги, больницы, школы и так далее. Начали выплачиваться пенсии и компенсации, появляться рабочие места. То есть от муртаддов народ увидел ту заботу, которую они не увидели от мусульман. Это нисколько не умаляет бесчисленных гнусных преступлений муртаддов, но преступления были и от мусульман, а никакой заботы не было. Поэтому значительная часть народа сблизилась с марионеточным режимом, и была отдалена от муджахидов с межвоенного времени по вине самих муджахидов.


Но для муджахидов никогда не было поздно начать работу по сближению с народом. Нужно было лишь разъяснить народу и признать свои ошибки, и призвать их помогать муджахидам в новой борьбе, которая должна была дальше уже вестись с исправляющимся манхаджем вместе с народом. Необходимо было прилагать усилия для улучшения отношений с народом. Значительная часть народа была готова поддерживать муджахидов, несмотря на все беды, и несмотря на мирские блага, которые предлагали оккупанты. Но муджахиды продолжали гнуть свою линию, замалчивая свои ошибки, и более того, используя ложь для сокрытия этих ошибок. Более того, муджахиды продолжили совершать действия, которые ухудшали отношения с народом. Совершались операции, в которых заведомо был высок риск жертв среди мирного населения, например, подрывы на оживленных улицах в населенных пунктах.


Сопротивлением велась работа, которая ещё больше отдаляла народ от муджахидов и которая не вредила оккупационному режиму, а наоборот, была ему фактически на руку. Например, убийства глав сельских администраций (на чеченском — «юрт-да»), работников паспортных столов, и любых других бюджетников, получающих зарплаты от режима. Бойцы подполья прямо так и объясняли их убийства: «они получают зарплату от кафиров, работают на кафирскую систему, значит являются кафирами». Большинство этих работников ничем не вредили джихаду и народу, а часто, наоборот, занимались решением проблем этого народа. Сопротивление тратило свои силы против себя же, подтверждая своими действиями утверждения кафиров о том, что они бандиты и враги народу, а не друзья. Тут на защиту встанут люди, которые далеки от тех событий и идеализируют движение сопротивления, но нам достаточно того, что мы сами являемся частью чеченского сопротивления и непосредственными свидетелями тех событий, и многие наши соратники — участники тех событий, ветераны джихада, бывшие соратники Басаева, Хаттаба, члены «Джамаата» и другие, являются свидетелями всех этих преступлений и того, насколько такфиризм был распространен среди муджахидов. Да и народ, который всё это видел своими глазами, и членов семей которых бесправно убивали такфиристы, не получится обмануть пропагандой в защиту тех преступников.


Был также, например, случай, когда бойцы подполья наведались в одно село для определенного разговора с главой администрации села (который, кстати, был мусульманином и достойным человеком, несмотря на свою должность). Они взяли в этом селе заложников из числа мирных людей, среди которых были и женщины и дети (обычные чеченские мусульмане), и затем уже позвали того главу села на встречу. И я знаю имя амира, руководившего этой «операцией», это один из известных кавказских амиров, которого многие героизируют. А глава села предъявил тому амиру: «Почему вы не нападаете на небольшую базу русских войск, находящуюся тут неподалеку, а приходите ко мне, захватывая людей в заложники?» Стоит ли говорить, как народ будет относиться к таким действиям и тем, кто их совершает. 


Одновременное ухудшение репутации в глазах народа из-за преступлений и ошибок и отсутствие положительной работы с населением являлись катастрофическим ударом сопротивления по самому себе. 


Если народ будет видеть в муджахидах благодетелей, заботящихся о них, решающих их проблемы и защищающих их, а не бандитов, тогда народ станет помощником для муджахидов во всех сферах сопротивления. Муджахиды имели все возможности для такой работы с населением, в те времена они и так часто бывали в населённых пунктах горной Чечни, где стоило проводить такую работу.


ОТСУТСТВИЕ ОТВЕТА МУДЖАХИДОВ НА ПОЛИТИКУ КОЛЛЕКТИВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ


Кадыровцы ввели в те времена политику коллективной ответственности, продолжая стратегию русских оккупантов в отношении чеченского народа. Эта политика, соответственно, продолжается и сегодня. За то, что человек примкнул к муджахидам, ко всей его семье применялись карательные действия: их похищали, пытали, унижали, убивали, лишали имущества, сжигали их дома, депортировали из Чечни, подвергали публичному унижению по телевидению, и тому подобное.


Успешной эта политика стала из-за отсутствия противодействия муджахидов этой политике.


Муджахиды, призывая молодежь присоединиться к ним, прямо призывали их жертвовать своими семьями, мол, «без испытаний джихада не бывает». Только вот губительное заблуждение заключается в убеждении, что испытание должно быть именно в такой форме. И так же является ужасным заблуждением то, что мусульманин должен или имеет права сам себе искать проблемы и беды, как, например, бросать свою семью в пасти кадыровцам.


 Всевышний Аллах говорит в Коране:


 «О те, которые уверовали! Соблюдайте осторожность» (Женщины, 71).


Многие братья неправильно понимают понятие «таваккуль» (упование на Аллаха). Правильный таваккуль — это полное упование на Аллаха при совершении всех должных причин для достижения цели. Но эти братья оставляют совершение причин, что противоречит Шариату.


Муджахиды призывали молодежь примкнуть к ним, подставляя свои семьи под удар кадыровцев, при этом ошибочно ссылаясь на испытания и таваккуль. Вместо этого необходимо было проводить адекватную ответную политику против кадыровцев, которая заставила бы их отказаться от своей грязной политики. Например, если кадыровцы сожгли дом муджахида, в ответ муджахидам следовало сжечь домá десяти кадыровцев и убить их, и не рядовых сотрудников, а одиозных муртаддов, удар по которым будет заметен, и не будет встречен народом отрицательно. И подобными жесткими ответными мерами следовало постоянно отвечать на преступления кадыровцев в адрес семей муджахидов до тех пор, пока они не откажутся от политики коллективной ответственности. И муджахиды имели в те времена возможности для этого.


 * * *


 «ИМАРАТ КАВКАЗ»


Прежде чем начать эту тему, отмечу, что у меня была присяга Докке Умарову, данная мной, когда я был в Чечне, и которой я был верен вплоть до его смерти, и что я был в составе сирийского филиала «Имарата Кавказ», и что мой амир Сайфуллах аш-Шишани тоже был под присягой Докке Абу Усману.


В 2007 году был объявлен Имарат Кавказ. Кавказские бойцы сопротивления еще с девяностых годов обзывали ЧРИ «тагутом» и требовали создания структуры, выходящей за рамки Чечни. Однако ЧРИ, несмотря на некоторые ошибки, не была тагутом. А ее конституция, которая была единственной веской причиной для называния ее тагутом, была исправлена и приведена в соответствие Шариату Асланом Масхадовым.


Что касается общекавказской структуры, то, после шахады Масхадова, амиром ЧРИ Абду-ль-Халимом Садулаевым совместно с кавказскими амирами была создана единая общекавказская военная структура — Кавказский фронт. Но, тем не менее, кавказские братья и некоторые такфиристские чеченские идеологи склоняли его к идее объявления кавказского государства, затем после шахады Абду-ль-Халима к этому был склонён Докку Умаров. И уже во время руководства Докки было объявлено государство Имарат Кавказ, в противоречие Шариату, политике и здравому смыслу. Что касается шариатской стороны вопроса, то «Имарат Кавказ» не мог быть имаратом, то есть государством, потому что к государству Шариат и любой другой закон в мире предъявляет такие требования, как наличие подконтрольной территории и власти над народом, чего у кавказских муджахидов не было. И таким образом «Имарат Кавказ» была организацией, а не государством (поэтому мы берем название организации в кавычки, как того требуют правила русского языка).


Муджахиды не контролировали даже одного метра территории. Нахождение на какой-либо территории не является её контролем. Контроль территории — это когда ты можешь открыто находиться на этой территории и оборонять её. Например, в Сирии и Афганистане муджахиды (ХТШ и «Талибан» соответственно) действительно контролируют значительную территорию, и имеют власть над миллионами людей. А кавказские муджахиды лишь скрывались в этих горах, минируя тропы к себе, и вынуждены были бросать свои базы, если кто-то их обнаружит.


 «Имарат Кавказ» был организацией, но даже сегодня, когда джамаат «Имарат Кавказ» фактически уничтожен, многие наши братья продолжают вести себя так, как будто есть такое государство — Имарат Кавказ. От них можно услышать такие удивительные разговоры, как, например: «Есть один брат, он живет в Имарате Кавказ, в Вилаяте Дагестан», или «Территория Имарата Кавказ очень большая». И проджихадские кавказские СМИ продолжают до сих пор упрямо называть республики «вилаятами», Северный Кавказ единым исламским государством Имарат Кавказ, города Грозный и Махачкала «Джохаром» и «Шамилькалой» соответственно.


Так же ведут себя и многие наши братья-«ичкерийцы», говоря, например: «В Чеченской Республике Ичкерия на днях произошло это событие». А некоторые отдаленные от реальности люди в Европе называют себя правительством Ичкерии. Такие люди то ли не знают, то ли не хотят принимать одну простую истину: если ты реально не правишь, не имеешь фактической власти, то ты не можешь быть правительством. У тебя должна быть власть над народом, чтобы ты был их правителем. Ты можешь называть себя как угодно, но от этого реальность не меняется. Так что любые утверждения о существовании сегодня как ЧРИ, так и Кавказского Имарата, являются не более чем разговорами, не имеющими, к сожалению, ничего общего с реальностью. Но мы должны стремиться к освобождению нашей страны и созданию нашего государства.


Что касается политической стороны объявления «Имарата Кавказ», то ошибка была в том, что была разрушена политическая база, созданная в результате многолетней работы ЧРИ, которая была полезна для деятельности муджахидов. Например, договор 1997 года между РФ и ЧРИ признавал чеченскую сторону отдельной политической стороной, а не субъектом РФ или террористической организацией. Например, признание мекканскими мушриками Пророка, ﷺ, и его сподвижников политической стороной путем заключения Худайбийского договора было названо победой Самим Всевышним Аллахом, несмотря на те большие уступки со стороны Пророка в том договоре. Всевышний Аллах сказал в Коране об этом договоре:


«Воистину, Мы даровали тебе явную победу» (Победа, 1).


Сподвижник Джабир, да будет доволен им Аллах, сказал: «Мы не считали победой никакой день, кроме дня Худайбии». И это несмотря на великие военные победы до этого. Это потому, что политический успех важнее военных побед. А Пророк, صلى الله عليه وسلم, сказал о суре про Худайбийский договор: «Сегодня мне была ниспослана такая сура, которая дороже мне, чем то, над чем восходит Солнце» (Аль-Бухари 4177, Ат-Тирмизи 3262, Ан-Насаи 519, Ахмад 1 / 31).


А объявление «Имарата Кавказ» уничтожило чеченскую политическую базу, и после этого прекратилась международная финансовая поддержка чеченских муджахидов. А финансы это нерв войны. Докка Умаров, отвечая в интервью на вопрос: «Приходит ли вам материальная помощь из-за рубежа, в частности, из Турции? Ранее были консульства ЧРИ в Стамбуле и Анкаре, и оттуда приходили материальные средства для моджахедов», ответил: «Помощь моджахедам идет от Аллаха. После провозглашения Имарата Кавказ, помощь из-за рубежа, можно сказать, прекратилась».


Имарат Кавказ был провозглашен в 2007 году. А уже в 2010 году среди чеченских муджахидов были серьезные разногласия и раскол из-за того, что многие влиятельные амиры в Чечне осознали ошибочность объявления «Имарата Кавказ» и выступили за перемены, и среди них были такие известные и авторитетные амиры как Хусейн Гакаев, арабский амир Муханнад, Асламбек Вадалов, и другие братья. И сначала Докку согласился с ними и сложил с себя полномочия амира и назначил на свое место Асламбека Вадалова. Но вскоре сторонники «Имарата Кавказ» переубедили Докку и он «вернул» себе должность новым указом. Тогда те амиры вышли из подчинения «Имарата Кавказ». Но тогда эти амиры были информационно разгромлены, потому что у них не было своих СМИ и пропагандистов, в отличие от идеологов ИК, и эти амиры были облиты грязью и обвинены в нифаке (лицемерии), а Муханнад был обвинен в том, что он «ихвановец». По словам лидеров ИК, амир Муханнад изначально был против провозглашения «Имарата». И сторонники ИК призывали в 2010 году отрубить голову Муханнаду — представителю арабских муджахидов и людей знаний на Кавказе, наибу военного амира ЧРИ и затем «Имарата Кавказ», амиру арабских муджахидов в Чечне, до Чечни делавшему джихад в Афганистане, Боснии, Косово и на Филиппинах. Но российские силовики опередили их, и Муханнад был убит. Да примет Аллах его шахаду. 


Вышедшие из «Имарата» муджахиды, к слову, не теряли времени зря, и организовали известное нападение на логово Кадырова Хоси-Юрт (Центарой) в месяце Рамадан в 2010 году. 


В конце концов эти амиры вернулись в подчинение «Имарату», потому что фанатичные сторонники ИК не собирались уступать тем, кто призывал к возвращению к формату ЧРИ, и готовы были пролить кровь этих братьев, и на братьев было большое давление, из-за чего они ради предотвращения кровопролития и дальнейшего развития фитны вернулись в подчинение ИК. Большинство из них пали шахидами еще до шахады Докки. 


Надо отметить, что в своем последнем обращении Докка призывал всех, кто за ЧРИ, кто против «Имарата Кавказ», чтобы они приезжали в Чечню, и допускал совместный джихад без их подчинения «Имарату», и обещал вооружить их и дать им всю военную информацию для ведения джихада. Но для этого было уже слишком поздно. 


После объявления «Имарата Кавказ» Докка оправдывал его объявление тем, что молодежь не хочет больше сражаться за Ичкерию, а хочет Имарат. Но молодежь хотела этого не от себя и не от шариатской образованности, а из-за того, что на них из популярных такфиристских рупоров лилась пропаганда такфиризма, как она льется и сегодня. Вбиваются в невежественные головы ложные убеждения, например, что лучшие муджахиды Сирии являются «джахилями», «тагутом» и так далее, что ведение переговоров с кафирами является запретным, что политика вообще запрещена, и льется пропаганда какого-то своего, нового «таухида», сильно отличающегося от таухида, с которым был послан к нам Пророк, ﷺ. Вообще, пример «Имарата Кавказ» и «ИГ» это пример того, как с помощью СМИ можно уничтожить целые поколения муджахидов и движения джихада, превратив их в такфиристов и хариджитов, распространяя среди них такфиристские и хариджитские идеи, и продвигая только нужных им для этого ученых, и переводя только те их высказывания, которые подходят им для своих целей, и замалчивая правду, и используя ложь, и искажая реальность. И эти идеологи и пропагандисты заблуждения до сих пор живут вдали от арен джихада, и вы их не встретите на полях сражений, а те, кого они оболванили, тысячами лежат в земле, никакой пользы для джихада и Уммы не добившись, а наоборот, уничтожив все плоды джихада.


Объявление «Имарата Кавказ» было объявлением чрезмерствующих. Фактически была объявлена война Западу и Израилю, и было заявлено, что для «Имарата» нет разницы между Россией и Западом (см. «Официальный релиз заявления Амира Докки Умарова о провозглашении Кавказского Эмирата»). Манхадж «Имарата» был прямой противоположностью манхаджу Пророка, ﷺ, который заключал договора с одними кафирами и закрывал глаза на других кафиров, в то время как воевал против третьих кафиров. И он, ﷺ, например, заключил военный союз с иудеями, несмотря на их подрывную информационную работу против мусульман, и закрывал глаза на мунафиков, которые также строили козни, и сконцентрировался на войне против мекканскихмушриков. 


Также мусульмане Медины не воевали против мекканских мушриков в то время, когда мусульмане под предводительством Абу Басыра воевали. То есть по Шариату у одной группы мусульман может быть мир с группой кафиров, в то время как другая группа мусульман воюет против этой группы кафиров.


Также благородный Саляхуддин аль-Айюби заключил мир с крестоносцами, которые на то время оккупировали часть Шама, в том числе священный для мусульман город Иерусалим. 


Также США были союзником афганских муджахидов во время джихада против русских оккупантов. А сегодня у афганских муджахидов неплохие отношения с Россией и другими странами, которые помогают им против западных оккупантов. То есть шариатская политика это не «дважды два». Шариатская политика это не война против всего мира, и она не подразумевает постоянной войны. Шариат допускает переговоры, перемирия, договоры и союзы с кафирами. Шариат допускает, что вчерашний враг может стать сегодня другом, а завтра опять врагом, и это зависит от реальной действительности, политических интересов и выгод мусульман. 


В условиях разных политических реалий, в которых находятся разные мусульманские страны и народы, мусульмане вынуждены каждый бороться со своим непосредственным врагом, в зоне своего влияния. И в то время как Россия является нашим врагом и врагом сирийских муджахидов, она может быть союзником афганских и палестинских муджахидов. Также США являясь врагом афганских муджахидов, может быть союзником уйгурских, сирийских и чеченских муджахидов. Абу Дауд передает хадис, что Пророк,  ﷺ, сказал: «Вы заключите мир с потомками Рума [с Западом], и вы будете вместе сражаться против общего врага».


Всевышний Аллах говорит в Коране:


«Сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается против вас, но не преступайте границы дозволенного. Воистину, Аллах не любит преступников» (Корова, 190).


Однако такфиристы игнорируют политику Пророка и шариатские доказательства, и упорствуют в своем заблуждении, в свое оправдание не к месту применяя аяты Корана и неверно понимая их, как это делали первые хариджиты. В своих работах они в большом количестве используют аяты Корана, однако достаточно прочитать общепризнанные тафсиры (толкования) к этим аятам и изучить сиру Пророка, ﷺ, чтобы увидеть по каким поводам и в каких реалиях ниспосылались те или иные аяты и как ими руководствовался Пророк, и тогда станут очевидны заблуждения такфиристов для разумеющих людей. Также они в большом количестве и не к месту разбрасываются словами «куфр», «ширк», «таухид» и так далее, имея поверхностные знания о Шариате и манхадже Пророка, либо имея слепые сердца, которые не способны принять истину.


«Имаратом» также было объявлено на весь мир о непризнании всех законов в мире. Такое поведение называется в среде такфиристов «отречением от тагутов», в то время как отречение от тагута это отказ поклоняться кому-либо и чему-либо, помимо Аллаха. И непризнание в религиозном плане чего либо, что противоречит Шариату Аллаха. Но даже если принять, что обязанностью также является непризнание кафирских государств, границ и международных законов (например, одним из этих законов является неприкосновенность послов, что, как и многие другие международные законы, соответствует Шариату), то это по крайне мере не должно быть в официальных заявлениях, в то время как мусульмане находятся на этапе слабости. Сподвижники Пророка не заявили правителю Эфиопии что не признают его правления, государства, его границ и законов, а просто попросили у него убежища и жили под его защитой. Если бы некоторые сегодняшние такфиристские идеологи жили бы во времена Пророка, ﷺ, интересно, обвинили бы они Пророка и его сподвижников в «разжижении таухида» или в том, что они «заискивают перед тагутами»? — Пресвят Аллах! 


Также одним из проявлений такфиризма «Имарата Кавказ» было то, что в официальном объявлении «Имарата» сразу же было заявлено, что те, кто будет возражать объявлению «Имарата Кавказ» и его манхаджу, являются мунафиками. А многие сторонники «Имарата» выносили такфир всем сторонникам ЧРИ, называя их муртаддами. Среди сторонников ЧРИ есть и явные секуляристы, которые открыто и искренне отказываются от Шариата, считая, что кафирские законы лучше Шариата, — такфир в их адрес законен. Но сторонники ЧРИ это разные группы людей с разной акидой и манхаджем, подавляющее большинство которых являются мусульманами, и некоторые из них делают джихад в Сирии и Украине, и сражались в чеченских лесах до тех пор, пока там не осталось ни «имаратовцев», ни «ичкерийцев», ни кого либо другого. И те известные амиры, упомянутые выше в рамках описания событий 2010 года, тоже были сторонниками ЧРИ. 


Подытоживая тему «Имарата Кавказ»: это была большая ошибка, явившаяся следствием распространения такфиризма среди чеченских муджахидов под давлением кавказских такфиристов (некоторые из которых еще во время первой войны говорили, что в Чечне не джихад) и такфиристских СМИ, имевших связь с чеченским сопротивлением.


Объявление «Имарата Кавказ» окончательно на то время разъединило чеченское сопротивление, и оно лишилось частично финансовой и полностью политической поддержки. 


Что касается кавказских муджахидов, то они предъявляли и Абду-ль-Халиму Садулаеву, затем и Докке Умарову условие, что если они не объявят кавказское государство, то они сами это сделают без чеченцев. Чеченским муджахидам нужно было дать им добро на это, а кавказским муджахидам объявить свой проект самостоятельно. Чеченцы сохранили бы единство и хоть какие-то плоды трудов ЧРИ в виде финансовой поддержки и политической сферы, а остальные кавказцы вели бы свою войну так, как они желали, и обе стороны ничем не мешали бы друг другу. Например, как мы говорили выше, во времена Пророка исламское государство в Медине имело мирный договор с мекканскими мушриками, а в то же время отряд Абу Басыра (да будет доволен им Аллах) вел войну против мекканских мушриков. Он был отдельным в этой деятельности от исламского государства, во главе которого был сам Пророк, ﷺ, потому что для этого была причина — у Пророка был мирный договор, а Абу Басыр не мог согласно этому же договору присоединиться к государству в Медине. У руководства муджахидов Ичкерии тоже были причины для отказа в объявлении «Имарата Кавказ» — несоответствие Шариату требуемого такфиристами манхаджа, несоответствие Шариату объявления виртуального государства, и политический и финансовый вред чеченскому джихаду.


Кто-то из братьев может напомнить, что политические представители ЧРИ в то время уже давно не справлялись со своими задачами и отклонились от верного курса, — это правда. Но это нуждалось в исправлении, политические институты нуждались в реформах и в новых кадрах, а не в уничтожении этих институтов как таковых и полном отказе от политики вообще. Политика — неотъемлемая часть джихада, и война вообще-то является средством достижения политических целей мусульман, а не самоцелью в государственном или организационном масштабе. 


Неправильный выбор кадров для политической работы было одной из ошибок последнего руководства ЧРИ. На эти важные должности были поставлены люди далекие от понимания шариатской политики, и даже далекие от понимания ислама. И этих некомпетентных светских людей необходимо было заменить на компетентных мусульман, которые вели бы шариатскую политику, защищая наши интересы, а не пресмыкались бы перед Западом, стараясь подстроиться под их нормы, чуждые нашему мусульманскому народу.


ТЕРРОРИЗМ


Помимо объявления «Имарата Кавказ» в духе террористической организации с объявлением войны всем и отрицанием всех правил и границ в мире (многие из которых не противоречат Шариату), они стали использовать террористические методы борьбы. Тут снова необходимо сделать небольшое отступление для привнесения ясности для некоторых братьев и сестер: терроризм — это не то устрашение врага, которое велит нам в Коране Всевышний Аллах. Господь миров говорит в Коране:


«Приготовьте против них сколько можете силы и боевых коней, чтобы устрашить врага Аллаха и вашего врага» (Трофеи, 60).


Муджахиды должны устрашать врага, а врагами муджахидов не являются мирные женщины и дети. А терроризм в современном понимании этого слова — это целенаправленное убийство мирных людей, среди которых жещины, дети и старики. Более того, среди жителей России множество мусульман, и бойцы «Имарата Кавказ» устраивали самоподрывы в гуще мирных людей. И помимо шариатской неприемлемости этого (что бы ни говорили такфиристы), терроризм и с военно-политической точки зрения является заведомо проигрышной стратегией и фактически ударом по самим себе. Терроризм для муджахидов является самым смертоносным фактором для уничтожения своих политических перспектив. Терроризм был выгоден только правительству РФ, так как настраивал народ еще больше против мусульман в общем, и муджахидов в частности — какой же это тогда да’ват? Такие действия дискредитировали джихад и муджахидов. Такие действия сплотили народ вокруг российского правительства, и всегда отвлекали русский народ от своих проблем с правительством, переключая их внимание и вражду на мусульман. Достаточно вспомнить взрывы мирных домов в Москве, Буйнакске и Волгодонске в 1999 году, совершенные российским правительством руками ФСБ, и обвинение в этом чеченцев, чтобы поднять рейтинг Путина и заручиться поддержкой русского народа в деле оккупации Чечни, по логике: «Смотрите, чеченцы взрывают вас в ваших домах, так что нам необходимо захватить Чечню и навести там порядок, а руководит этим наведением порядка ваш спаситель Путин». И вместо того, чтобы отдалиться от терроризма, который во всех отношениях неприемлем для джихада (настоящего джихада), «Имарат Кавказ» усердствовал в террористической деятельности, например, взрывы в московском метро в 2010 году и взрыв в зале международных прилетов в аэропорту Домодедово в 2011 году, в результате которых были убиты и ранены в том числе и мусульмане. 


Помимо всего вышеперечисленного, статус террористов лишает организацию бóльшей части финансирования — многие государства, организации и люди не помогают террористическим организациям, потому что финансирование терроризма является тяжким уголовно наказуемым преступлением. И, например, многие мусульмане отказываются присылать пожертвования таким организациям из-за риска. Таким образом своим терроризмом «Имарат Кавказ» отрезал себя от бóльшей части поддержки. 


В конце этой темы подчеркнем, что терроризм «Имарата Кавказ» пылинка перед горой терроризма Российской Федерации. Россия убивала мирных мусульман миллионами на протяжении всей своей истории, и продолжает целенаправленно массово убивать мирных мусульман в Сирии. Но, во-первых, этот текст посвящен не преступлениям кафиров — об этом говорили и говорят каждый день на многих ресурсах информационного пространства. Этот текст посвящен нашим ошибкам и отклонениям. Во-вторых, терроризм государств и терроризм организаций это разные вещи, потому что статус террориста не присваивается в современных реалиях лицемерного мирового сообщества сильному, этот статус присваивается ими только слабым. Терроризм государств остается безнаказанным, а терроризм организаций приводит к их уничтожению. В-третьих, мусульмане не должны соревноваться с кафирами в совершении преступлений.


ОШИБОЧНАЯ ВОЕННАЯ СТРАТЕГИЯ


На фоне всех имевшихся ошибок, муджахидами внутри Чечни была выбрана стратегия, которую они почерпнули из книги Че Гевары о партизанской войне. Однако реалии Чечни (и Кавказа) и реалии Латинской Америки были абсолютно разными, и стратегия Че Гевары не подходила для нас. Муджахиды взяли на вооружение тактику накапливания своих сил и истощения сил врага, и утверждали, что время играет на руку муджахидам. Однако на деле этот принцип не работал в наших условиях — в условиях отсутствия поддержки со стороны народа, отсутствия должного пополнения рядов и отсутствия источников пропитания. Когда у муджахидов была сила, достаточная для взятия логова Кадырова — Хоси-Юрта (Центарой), они не воспользовались этим, считая, что время еще не пришло, что кафиры должны еще ослабеть, а муджахиды накопить силы. В итоге эта стратегия привела к тому, что сегодня в чеченских лесах не осталось ни одного муджахида, а силовые структуры кафиров и муртаддов сильны как никогда раньше, и продолжают развиваться. И это неудивительно: когда ты годами по сути занимаешься выживанием в лесу, замерзая и голодая, а российские силовики имеют все условия и возможности для своего развития, то время играет как раз таки против тебя.


 * * *


Мы рассмотрели основные причины, из-за которых Чечня потерпела поражение. Все эти многочисленные причины можно объединить под несколькими факторами, следствием которых эти причины являлись:


невежество в Шариате Аллаха, в том числе невежество в шариатской политике, в вопросах шариатского государства и вопросах такфира;


подчинение своим личным обидам и предпочтение личных амбиций перед общими интересами народа, государства и муджахидов, подчинение своим страстям;


бездеятельность одних лидеров, амиров и ответственных лиц, и пагубная деятельность других, некомпетентность.


Муджахиды Чечни и Кавказа проделали долгий и тяжелый путь, но путь этот был в неправильном направлении.


Этот путь состоит из множества больших ошибок, которые стали причиной поражения. Мы должны взять себе на вооружение знания об этих ошибках, и главное — изменить сами себя, чтобы начать новую страницу возрождения у нас на родине, и чтобы эта страница, наконец, была чиста от губительных ошибок и отклонений, которые разрушают все усилия.


 «Воистину, Аллах не меняет положения людей, пока они не изменят самих себя«. (Гром, 11).


И в конце: хвала Аллаху, Господу миров.


Халид Аш-Шишани


14 марта 2019 года

Поделиться:

Нет комментариев